22-летняя модель Екатерина Лукьянова, ранее оказавшаяся в центре обсуждений после заявлений о беременности от певца Ираклия Пирцхалава, сейчас фигурирует в куда более тревожной истории. По сведениям, озвученным 14 июля 2026 года, девушку разыскивают: в полицию поданы заявления, а также сообщается о возбуждении уголовного дела. Знакомые Лукьяновой утверждают, что за ней тянется шлейф долгов и многочисленных конфликтов, связанных с деньгами и обещаниями, которые, по их словам, так и не были выполнены.
О ситуации рассказала уроженка Бийска Елена Казанцева - женщина, которая, как утверждается, дружит с матерью модели и лично знакома с Екатериной. По её словам, Лукьянова систематически вводила людей в заблуждение и могла выстроить целую легенду вокруг своей жизни, чтобы вызывать доверие. Казанцева считает, что дело может дойти до суда по статье о мошенничестве, поскольку эпизодов, как она говорит, накопилось слишком много.
Одной из первых историй, по утверждению Казанцевой, стала попытка Екатерины представить себя стюардессой. В подтверждение она отправляла изображения, которые позднее, со слов собеседницы, оказались сгенерированными с помощью технологий искусственного интеллекта. Женщина признаётся, что поначалу поверила: ей и в голову не приходило, что подобные "доказательства" могут быть подделкой.
Дальше, как следует из её рассказа, речь зашла о деньгах. В 2024 году Казанцева продала автомобиль, и Лукьянова, узнав об этом, якобы попросила одолжить средства - якобы на покупку квартиры. Однако затем выяснилось, что "квартира" была не приобретённой, а съёмной, и сделки покупки, о которой говорила модель, не существовало.
Следующим этапом стала идея совместного заработка. Лукьянова, по словам Казанцевой, предложила заняться торговлей шубами. Ради этого женщина взяла кредит и передала деньги, рассчитывая на прибыль. Но обещанный проект так и не запустился. Более того, как утверждается, стоимость товара, которую называла Екатерина, сильно отличалась от реальной: собеседница говорит, что ей называли суммы порядка 15 тысяч за единицу, тогда как по факту цена могла быть в разы ниже. Какая-то часть вещей, по её словам, действительно была реализована, но вложенные деньги к ней не вернулись.
Позже Лукьянова якобы попросила у Казанцевой MacBook "для работы в шоуруме". В итоге, как утверждает женщина, ноутбук оказался продан, а вырученные средства были потрачены на личные нужды. В сухом остатке - ни квартиры, ни работающего бизнеса, ни техники, и при этом долг, который, по словам собеседницы, так и не был закрыт.
Казанцева подчёркивает: подобные претензии звучат не только с её стороны. Она приводит пример другой истории, в которой фигурирует сумма около 900 тысяч рублей: покупательница якобы передала деньги за Mercedes, но не получила ни автомобиля, ни возврата средств. На фоне этих эпизодов женщина уверяет, что пострадавших больше, а обращения в правоохранительные органы уже поданы, из-за чего и появился розыск.
Отдельная линия в этой истории - ребёнок. У Екатерины есть маленький сын Лев, и, по словам людей из окружения, забота о мальчике часто ложилась на мать модели: утверждается, что сама Катя не справлялась и ей было трудно выстраивать контакт с ребёнком. Также сообщается, что у Лукьяновой долгое время не было устойчивой ситуации с регистрацией: она не уделяла этому внимания, даже несмотря на наличие сына. Когда сотрудники полиции пришли по адресу прописки, ни её, ни ребёнка там якобы не нашли.
Далее, как следует из пересказа Казанцевой, Лукьянова забрала сына и уехала с ним в Москву. Там, по её словам, она сняла жильё с посуточной оплатой, хотя родственникам говорила, что заключила договор аренды на год. Сейчас, по утверждению собеседницы, в Москве с ребёнком остались мать модели и свекровь - при этом они якобы находятся в квартире без нормальных условий и без доверенности, что усложняет решение бытовых и юридических вопросов.
Ранее Екатерина публично рассказывала о беременности от Ираклия Пирцхалава. По её версии, знакомство с певцом произошло в июне, хотя о беременности, как она утверждала, узнала ещё в мае. Эта нестыковка тоже добавляла вопросы со стороны публики, но теперь на первый план вышли уже не слухи из светской хроники, а претензии, связанные с деньгами, документами и ребёнком.
Важно понимать: розыск и возбуждение дела - это процессуальные меры, а окончательные выводы о виновности делает только суд. Тем не менее сама логика подобных историй обычно одинакова: когда накапливается несколько заявлений от разных людей, правоохранители начинают проверку, устанавливают местонахождение фигуранта и собирают материалы по эпизодам.
Если рассматривать ситуацию шире, она показывает типичные признаки финансовых конфликтов, которые часто маскируются под "дружеские займы" и "партнёрские проекты". Просьбы занять "на квартиру", предложение вложиться в "быстрый бизнес", взятие денег "под покупку машины", а затем перенос сроков, исчезновения и новые объяснения - распространённая схема, из-за которой пострадавшие нередко обращаются в полицию уже тогда, когда сумма ущерба становится критической.
В подобных случаях людям обычно советуют сохранять всю переписку, подтверждения переводов, расписки, договорённости, данные свидетелей, а также фиксировать факты передачи имущества (например, техники). Чем более документально подтверждена история, тем проще затем устанавливать размер ущерба и привязывать конкретные эпизоды к датам и суммам.
Отдельно стоит отметить и социальный аспект: когда в центре конфликта оказывается мать с маленьким ребёнком, к финансовым проблемам добавляются вопросы безопасности и ответственности. Временное жильё, отсутствие доверенности у родственников, неопределённость с регистрацией и внезапные переезды - всё это усложняет жизнь ребёнка и увеличивает нагрузку на близких, которые вынуждены "подхватывать" ситуацию.
Сейчас ключевой вопрос - где находится Екатерина Лукьянова и как будет развиваться разбирательство. Если заявления действительно поданы и дело возбуждено, дальнейшие шаги будут зависеть от следственных действий, показаний заявителей и того, удастся ли установить все эпизоды, о которых говорят знакомые модели. В ближайшее время история, вероятно, продолжит развиваться уже не в формате светских новостей, а в правовом поле.
